Глава сорок первая. Нарада приносит весть Глава сорок третья. Кали обретает Хару

Глава сорок вторая. Махадева обращает Каму в пепел

Маркандея сказал:
 
В это время Шамбху, поспешно оставив озеро,
Явился на место нисхождения Ганги30, лучшее из мест в Гималаях. (1)
Там, где Ганга спустилась прежде, снизойдя из города Брахмы.
Невдалеке от города Ошадхипрастха был превосходный склон, (2)
И там Бхарга самого себя, негибнущего, пребывающего выше высшего,
Ум, исполненного знания, вечного, находящегося в образе света, безмятежного, (3)
Наполняющего мир, блистающего, словно светоч, чуждого двойственности, не имеющего атрибутов,
Целеустремленно созерцал Бхагаван Быкознаменный. (4)
Когда Хара был погружен в созерцание, одни праматхи также предались созерцанию,
В то время как другие ганы во главе с Нандином и Бхрингином, (5)
Поставленные быть привратниками, стояли у врат.
И те ганы, [находясь] там, не проронили ни звука. (6)
Но они, стоявшие молчаливо, слышали,
Как другие ганы, бывшие вдалеке, забавлялись (7)
С цветами, листьями, пищей и водой из горных потоков
И искали драгоценные камни. (8)
Видя, что Шива удалился в сопровождение ганов, Царь гор
Со своей свитой вышел из своего города Ошадхипрастха (9)
И, приблизившись к [Шиве] ради поклонения, стал, как подобает, воздавать ему почести.
Шамбху же, его поклонение, великим восторгом исполненный,
Принял, пребывающий на вершине, как прежде Гангу себе на голову31. (10)
Тотчас же к Царю гор, почитающего его, Быкознаменный
Повелитель мира, занятый созерцанием и йогой, обратил речь, как бы улыбаясь. (11)
 
Владыка сказал:
 
В твои владения, дабы в уединении предаваться подвижничеству, явился я.
Сделай же так, чтобы никто не мог приблизиться ко мне. (12)
Ты, великий духом, прибежище мира, вечное пристанище
Для богов, ракшасов, якшей и киннаров, (13)
Постоянная обитель дваждырожденных, непрерывно очищаемый Гангой.
Поблизости от твоего града, в месте, где снизошла Ганга, (14)
Я нашел себе убежище, о лучший из гор, так что подобает, исполни ты теперь. (15)
Молвив так, замолк Быкознаменный, Повелитель миров.
И тогда Царь гор обратился к Шамбху с такими словами, исполненными любви. (16)
 
Химаван сказал:
 
Очищен я, о Повелитель миров, твоим, о Высший Владыка,
Приходом в мое царство, так что же должен сделать я? (17)
Боги, усердно предаваясь суровому подвижничеству, тебя
Достичь не могут, о Повелитель мира, но вот ты сам явился! (18)
Нет более счастливого, чем я, нет более добродетельного,
Раз ты на склоны Гималаев ради подвижничества прибыл. (19)
Я полагаю себя выше, чем Индра богов, о Высший Владыка,
Встретившись с тобою, по собственной воле странствующим в сопровождении ганов32. (20)
 
Маркандея сказал:
 
Молвив так, Царь гор в свои чертоги снова удалился
И повелел своим домочадцам и свите своей: (21)
«Начиная с сегодня никто не должен посещать то место, где снизошла Ганга.
Кто же без моего позволения отправится туда, будет наказан мною». (22)
Так, приказав своим [родичам и слугам], сезам, цветы, [траву] куша и плоды
Взял он и вместе с дочерью отправился в присутствие Хары. (23)
Придя к Повелителю мира Харе, погруженному в созерцание,
Он побудил склониться перед ним дочь Кали, наделенную всеми добродетелями. (24)
Предложив ему сезам, цветы и прочее, что было [им принесено],
И поставив впереди дочь, к Шамбху обратил речь Горный царь. (25)
 
Химаван сказал:
 
О Бхагаван, этой моей дочери совершать тебе поклонение
Предписано, и вот я привел её, жаждущую почитать тебя. (26)
Вместе с своими двумя подругами пусть она постоянно служит тебе, о Шанкара,
Так позволь же ей прислуживать, если ты милостив ко мне. (27)
 
Маркандея сказал:
 
Тогда Шанкара увидел ее, вступившую в пору ранней юности,
С телом цвета лепестков цветущего голубого лотоса, с ликом, подобным полной Луне, (28)
С длинным волосами вплоть до талии,
С шеей, подобной раковине33, большеокую, с изящными ушами. (29)
Её прекрасные, длинные руки напоминали стебли лотоса,
А упругие, полные и высокие перси34 были словно бутоны синего лотоса. (30)
У нее был тонкий стан, ее ладони были красные,
И её украшали пара стоп, похожих на лотосы, что растут на суше. (31)
[Шива увидел деву] тонкостанную, благородную, с округлыми, полными и упругими ягодицами,
С бедрами, напоминающими хобот слона35, [с животом], украшенным глубоким пупком, (32)
С тремя глубокими и шестью выдающимися [достоинствами]36,
Отмеченную всеми благими знаками, [красавицу], что редко можно отыскать в трех мирах. (33)
Даже ум мудреца, погруженного в глубокое созерцание,
Способна была поколебать благодаря одному своему виду та главная жемчужина среди женщин. (34)
Увидев её, пленяющую сердца даже постоянно погруженных в созерцание, для подвижничества
Являющуюся причиной препятствия, увеличивающую страсть, само воплощение любви, (35)
По просьбе Царя гор дочь его Шанкара
В услужение взял из глубокого уважения, Ездящий на быке. (36)
 
Владыка сказал:
 
Пусть твоя дочь вместе с двумя наперсницами, о Горный царь,
Постоянно мне служат усердно, без боязни здесь находясь. (37)
 
Маркандея сказал:
 
Молвив так, в услужение ту богиню принял Хара.
«Великая стойкость явлена тогда, когда препятствие препятствия не создает.
достигнув состояния без препятствий, подвижничеству предаются дваждырожденные. (38)
Кто, сталкиваясь с препятствием, причину препятствия одолев, пребывает,
В стойкости того заключено величие подвижников37». (39)
Затем в свой град возвратился Горный царь со своими слугами,
Хара же остался там, погрузившись в созерцание Высшего. (40)
Кали вместе с двумя подругами каждый день, Луною Венчанному,
Махадеве служа, приходила и уходила. (41)
Иногда Кали вместе с подругами перед Шанкарой
Пела мелодичные песни пятым тоном38. (42)
Иногда [траву] куша, цветы, дрова39 и воду Харе
Предлагала она с подругами, омывая его и оказывая ему почет. (43)
Иногда, сдержанная, сидя перед ним, на лицо Носящего Луну
Она бросала взоры и думала о Луною Венчанном, исполнившись страсти. (44)
Когда она была поглощена делами, то тогда выполняла свои обязанности,
А когда была свободна от дел, то тогда размышляла о Харе. (45)
«Когда же Владыка бхутов примет мою руку?
Когда со мною он предастся наслаждению?» (46)
В такие раздумья погруженная, Кали даже во сне Высшего Владыку
Почитала, мыслями о нём поглощенная. (47)
Когда она ходила пред ним, лишь о нем думая,
Тогда [Шива воспринимал] ее как естественным путем появившуюся на свет40. (48)
«Ее тело возникло из семени, пролившегося в утробу», - [так думая],
Гириша не брал Кали в жены, обетов не соблюдающую. (49)
Махадева, взирая на неё, полагал следующим образом:
«Как Дочь гор будет следовать подвижническому обету? (50)
Соблюдающую обеты и освободившуюся от [осквернением] утробой и семенем я возьму
В жены Кали, ставшую моей возлюбленной, из лона рожденную и [этим ранее] оскверненную. (51)
Благодаря [соблюдению] обета и [совершению] обрядов происходит освобождение от [нечистоты рождения] из утробы и семени.
Но как же Кали начнет следовать обетам, как побудить её к этому?» (52)
Поразмыслив так, Владыка бхутов, направил свой ум к созерцанию,
И у него, погрузившегося в созерцание, никаких других мыслей не возникло. (53)
Кали же каждый день Шамбху с преданностью прислуживала,
Думая постоянно о красоте его, великого духом. (54)
Но Хара, предавшийся созерцанию, Кали, всегда находящуюся перед очами,
Даже видя, не видел, вспоминая прежние события. (55)
В это время царь дайтьев по имени Тарака
Стал угнетать все существа, гордый даром, [полученным] от Брахмы. (56)
Подчинив своей власти три мира, он сам стал Индрой 41.
Изгнав всех богов, на их места своих дайтьев сам он поставил. (57)
Когда он стал царем, Яма больше по собственной воле не удерживал власть над существами,
И также Сурья по своей воле не согревал миры в страхе перед ним. (58)
А Чандра, своими лучами содействуя ему в забавах,
Объединив усилия с Вайю, служил ему день и ночь. (59)
Будучи спокойным и мягким, неся прохладу и благоухание,
Вайю овевал того царя по его повелению. (60)
Податель богатств также, лучшие из своих сокровищ собрав,
Усердно и подобострастно служил ему по его воле. (61)
Агни по приказу Тараки стал его поваром
И приправы и прочую пищу стал готовить по его желанию. (62)
Ниррити же со всеми ракшасами
Содержал из-за страха его коней, слонов и [прочих] ездовых животных. (63)
Танцами апсар, восхвалениями сутов и магадхов
И пением гандхарвов наслаждался недруг богов. (64)
Таким образом все существа в трех мирах ввергнув в беспокойство,
Что было лучшего у богов, забрал он себе. (65)
Преследуемые им, все боги во главе с Шакрой
Нашли прибежище у Брахмы, не имеющие защитника - у лучшего из защитников. (66)
Поклонившись, те боги во главе с Пурухутой
Это молвили великому духом Прародителю всех существ. (67)
 
Боги сказали:
 
О Владыка мира, дайтья Тарака, гордый твоим даром,
Изгнал нас силою и сам занял наши места. (68)
День и ночь он преследует нас, где бы мы не остановились,
Убегая, мы видим Тараку во всех сторонах света42. (69)
Агни, Яма, Варуна, Ниррити, Вайю
И также Дхарма людей - все они вошли в его свиту. (70)
Угнетаемые им, о Брахма, боги по его повелению
Вынуждаемы заниматься тем, чем они не хотят, зависимые от него. (71)
Женщин богов и сонмы апсар, что [обитают] на небесах -
Их всех забрал себе дайтья, и все, что лучшее есть в мирах. (72)
Больше не совершается жертвоприношений, и аскеты не предаются подвижничеству,
Не следуют дхарме и не раздают даров в мирах. (73)
Его полководец, грешный данава по имени Краунча,
Спустившись в Паталу, день и ночь мучает существа. (74)
Поэтому Таракой эти три мира целиком
Покоренные, всю вселенную защити от этого грешника, о Прародитель! (75)
Где бы могли остановиться, то место нам укажи,
Из своих обителей мы были низвергнуты им, о Владыка мира, наставник вселенной. (76)
Ты наш путь, наш повелитель, наш защитник, отец и мать,
Ты установитель миров и хранитель, пребывающий в блаженстве. (77)
Поэтому пока мы не сгорели в огне, именуемом Тарака, о Владыка тварей,
Ты должен действовать не медля. (78)
 
Маркандея сказал:
 
Выслушав речи богов, Брахма, прародитель мира,
Отвечал им словами, уместными для данного времени. (79)
 
Брахма сказал:
 
Благодаря полученному от меня дару Тарака возрос в мощи,
И не годится ему пасть от моей руки или от руки обитателей третьего неба. (80)
Должно помочь вам в отмщении,
Однако я не могу этого сделать, даже побуждаемый. (81)
Поэтому, чтобы Тарака сам нашёл себе погибель,
Отыщите [способ], а я буду вам советчиком. (82)
Ни я не могу лишить Тараку жизни, ни Ванамалин,
Ни Хара и ни прочие боги или люди. (83)
Такой дар был преподнесен ему, вершившему подвижничество43.
Но есть обдуманное [мною] средство, к нему прибегните, о лучшие из богов. (84)
Сати, дочь Дакши, прежде оставившая тело, для своего рождения
Явилась к Менаке-богине, супруге Горного царя. (85)
Её Махадева непременно возьмет в жены
Так, чтобы поскорее его охватила страсть к ней, о боги, (87)
Так сделайте, и его сын станет вашим спасителем.
Того Шамбху, поднимающего семя вверх, испустить семя (88)
Никакая другая женщина, кроме неё, не будет способна побудить.
Он испустит семя, и сын, который родиться из этого [семени], (89)
Станет губителем Тараки, и никто другой.
Ныне та дочь Царя гор, вступившая в пару юности, (90)
Постоянно прислуживает Харе, предающемуся подвижничеству на склоне горы.
По слову Химавана она, зовущаяся Кали, служит
Вместе с двумя наперсницами всезнающему, пребывающему в созерцании Высшему владыке. (91)
Ее, находящуюся перед ним, прекраснейшую [деву] в трех мирах
Погруженный в созерцание Махадева даже в мыслях не желает. (92)
Так, чтобы Кали возжелал взять в жены Луною Венчанный,
Сделайте, о Три десятка, не медля, приложив усилие. (93)
Пусть небеса снова станут вашей обителью, поэтому Тараку я
Отвращу [от преследований вас], встретившись [с ним], так ступайте же,оставив печаль. (94)
 
Маркандея сказал:
 
Молвив это, Владыка всех миров отправился к Тараке.
Встретившись с ним и обративши к нему речь, он сказал такие слова. (95)
 
Брахма сказал:
 
О Тарака, не должен ты властвовать над небесным царством,
Не ради этого ты подвижничество вершил, не было такого уговора прежде. (96)
Дар не [для этого] преподнесен был мною, и не давал я власти на небесами.
Поэтому, оставив небо, землею правь, (97)
Наслаждения богов и там будут доступны тебе, о асура.
 
Маркандея сказал:
 
Произнеся такие слова, Владыка всех миров исчез с того места44. (98)
Тарака же, покинув небеса, снизошел на землю.
Обосновавшись там, он постоянно мучил богов
И сделал могучего Индру своим данником и исполнителем своих повелений. (99)
Индра, даже постоянно предоставляя ему услады богов
И служа, господина удовлетворить не мог. (100)
Таким образом, угнетаемые [Таракой] и терзаемые негодованием боги
По совету Творца предприняли усилие, чтобы у Хары было потомство. (101)
Тогда Индра, встретившись с гуру, принял решение
И, призвав Обладателя цветочного лука, промолвил следующие слова. (102)
 
Индра сказал:
 
Тобою порожден мир и тобою охраняется.
В прежние времена ты возбуждал любовь в [сердцах] Брахмы, Вишну и Рудры. (103)
Как Брахма прежде с радостью принял следующую обетам
Савитри, Мадхава - Лакшми, а Хара - Сати, Дочь Дакши, (104)
Как для услад владык богов прежде те [богини] сделаны их [женами],
Так доставь мне радость, о Кама, и [всем] живым существам. (105)
Нет никого на небесах, в преисподней или на земле,
Которому ты был не мил, о Кама, средь живых существ, мирами ты почитаешься. (107)
Поэтому соверши же деяние на благо всех миров,
Богов, данавов, якшей и людей, великих духом. (108)
 
Маркандея сказал:
 
Выслушав слова того Шакры, Имеющий макару на знамени
Отвечал следующее Царю богов, довольный его речью, подобной амрите. (109)
 
Мадана сказал:
 
Что я способен совершить, о Шакра, ведаешь ты,
Поэтому назови же подобающее мне и подходящее по силам, и я исполню это. (110)
Стрелы мои мягкие сделаны из цветов,
Лук мой также изготовлен из цветов, а черные пчелы образуют тетиву. (111)
Рати это моя возлюбленная супруга, а Весна советник45,
Ветер, дующий с [гор] Малайя46, мой возничий, а Месяц мой друг, (112)
Раса любви47 мой полководец, а кокетливые жесты и развлечения48 это воины,
Все они мягки и не жестоки, и я сам такого же нрава. (113)
Кому какая работа соответствует, того такую работу мудрый и побуждает совершать,
Вовлеки же меня в дело, которое меня достойно. (114)
 
Индра сказал:
 
То, что я желаю исполнить благодаря тебе, о Манобхава,
То дело подобающее для тебя, и поэтому [для него] избран ты. (115)
В этом ты опытен и искусен, о Манобхава,
А для других это неисполнимо, вот почему тебе я это поручаю.
Слышали мы, что погруженный в созерцание Быкознаменный предается подвижничеству
На склоне Гималайских гор, и чужд он желания иметь жену. (116)
Ему, вершащему подвижничество, Кали прислуживает по слову отца
И с согласия самого Хары вместе с двумя подругами. (117)
К ней, даже вступившей в пору юности, сокровищу среди женщин, красавице,
Погруженный в созерцание Махадева не стремится даже в мыслях. (118)
Так, чтобы возжелал её Быкознаменный,
Так сделай ради блага небожителей и миров. (119)
Как с Сати предавался усладам Быкознаменный, охваченный страстью,
Так и с этой Дочерью гор пусть наслаждается благодаря содеянному тобою. (120)
Семя, которое из-за нее испустит Хара,
Из того семени родится тот, кто избавит нас от Тараки. (121)
 
Маркандея сказал:
 
Тогда, выслушав слова Царя богов, Манобхава
В должный срок вспомнил о проклятии, прежде наложенном Брахмой. (122)
Когда, испытывая свое оружие на Творце в отношении Сандхьи,
Кама поразил его цветочными стрелами, тогда Творец проклял его. (123)
«Ты будешь сожжен пламенем из ока Шамбху», - это предрек он, о лучшие из дваждырожденных, а также,
«А когда Шамбху примет руку Дочери гор, (124)
Тогда ты вновь обретёшь телесную целостность49».
Так, вспоминая слова Творца, был испуган Имеющий макару на знамени, (125)
Но принял он просьбу Шакры соединить Хару с Кали
И молвил слова, уместные для данного случая. (126)
 
Мадана сказал:
 
Я исполню твои слова, о Шакра, и Хару соединю я
С Кали, Дочерью гор, как прежде с Дакшаяни. (127)
Но одному мне помощь окажи в подчинении Хары власти своих чар.
Когда при помощи [стрелы, называемой] саммохана50, я зачарую Хару, (128)
Тогда приди мне на подмогу и приведи меня в чувство.
Войдя не медля с Весной51 в обитель Шанкары, (129)
Я сначала введу в смятение его разум [стрелой] харшана,
А затем зачарую сильно Быкознаменного, [поразив его] саммоханой. (130)
Когда ты в должный срок вспомнишь обо мне для исполнения моего предназначения,
Тогда я явлюсь, чтобы исполнить его, о Губитель Балы. (131)
 
Маркандея сказал:
 
Молвив так, Мадана отправился в обитель Шанкары,
А Шанкара обратил речь к Трем десяткам: (132)
«Помогите же Манобхаве, куда бы не направился он,
Там его сопровождая, в должный срок извещайте меня. (133)
Когда саммоханой он зачарует Шанкару,
Тогда я сам прибуду, об этом дайте знать мне, боги. (134)
После этих слов Шакры боги последовали за Манобхавой,
А он, придя туда, где Хара в месте нисхождения Ганги [находился]
На склоне Гималаев, стал призывать Весну. (135)
После того, как туда пришла Весна, её признаки
Появились тотчас же на деревьях, кустах и лианах. (136)
Зацвели киншуки, стали нарядными кетаки,
Озера покрылись лотосами, а живые существа были охвачены возбуждением. (137)
Подул мягкий ветерок, благоуханный от цветочной пыльцы,
Не порывистый, несущий радость и приводящий в волнение сердца. (138)
Звери и птицы, а также другие живые существа,
Сиддхи и киннары начали образовывать пары. (139)
Зацвели манговые деревья, и украсились новыми цветами
[Деревья] ашока, патала, нагакешара и каруна. (140)
Были охвачены возбуждением ганы Шанкары, о дваждырожденные,
И открыто они являли своё волнение без страха перед Шамбху. (141)
Летающие там пчёлы сок цветов
Пили в изобилии и жужжали вместе с супругами. (142)
И так, с приходом Весны любовная страсть вместе со свитой,
Кокетливыми жестами и развлечениями также явилась в присутствие Хары. (143)
Мадана со своей свитой, долгое время находясь там,
Не мог отыскать слабого места у Шамбху, через которое он мог бы проникнуть. (144)
Когда же он нашел такое место, он был сбит с толку страхом,
И не посмел явиться перед [Шивой] Мадана, удерживаемый Рати. (145)
Так прошло много времени, о лучшие из дваждырожденных,
И ища, он так и не находил уязвимого места у того подвижника. (146)
Подобного пылающему огню Времени, блистающего, словно сто тысяч Солнц,
Пребывающего в созерцании Шанкару кто достичь способен? (147)
Однажды Кали, Дочь гор, была перед ним,
И, закончив служение, она вместе с подругами, склонившись, стояла. (148)
Шанкара же, выйдя из созерцания, мгновение сидел,
Оставив созерцание [высшего] света. (149)
Отыскав в нем слабое место, Мадана сначала харшаной-
Стрелой привел в ликование находившегося сбоку Венчанного Луной. (150)
Тогда любовная страсть вместе с развлечениями и кокетливыми жестам к Харе
Подступила, чтобы придти на подмогу Каме вместе с Весной. (151)
Охваченный радостью, [будучи поражен стрелою], окруженный любовной страстью и прочими [помощниками Камы],
Шанкара стал пристально глядеть на лицо Кали. (152)
Найдя в этом слабое место, Кама наложил на свой цветочный лук
[Стрелу]-цветок саммохану, украшенную гирляндой цветок. (153)
По правую сторону он него была Рати, Прити – по левую,
А сзади - Весна. И когда, взяв [стрелу]-цветок из своего колчана, (154)
Натянул цветочный лук до уха сдержанный
Манобхава, тогда ветерок подул подле Шивы. (155)
И когда цветочная стрела поразила его, тогда Венчанный Луной Дочь гор
Возжелал схватить ради соития [с нею], с возбужденными чувствами. (156)
Тогда Индра и прочие боги, пребывающие в небе,
Посчитали, что Манобхава прилежно исполнил замысел их. (157)
Однако, придя в сознание, обуздав себя и прекратив волнение
Чувств, Махадева тотчас же подумал: (158)
«Рожденную из лона Дочь гор, Кали, не следующую подвижническому обету,
Как я могу взять, возжелавши соития [с ней]? (159)
Лишь с телом, очистившимся благодаря [соблюдению] подвижнического
обета, ставшую праведной через совершение подвижничества,
Я сам возьму в жены, как прежде Сати, дочь Дакши. (160)
Как же я был охвачен вожделением, даже не имея желания,
Как будто кем-то вынуждаемый, захотел я соития с нею?» (161)
Так, ища причину волнения чувств,
Он заприметил пред собою Манобхаву, накладывающего стрелу на тетиву. (162)
В это время Брахма, вспомнив обещание и богов
Увидев, из своей обители явился в их общество из сострадания. (163)
А Шива же разгневался, увидев Манобхаву, накладывающего стрелу на тетиву,
И запылал, подобно огню, желая сжечь его: (164)
«Этот Кама, улучив подходящее время, захотел сбить меня с толку
И подчинить мое сердце своей воле, так отправлю я его в обитель Ямы!52» (165)
И когда он раздумывал так, блеск озарил его очи.
От накала став пылающим, гнев изошел из [третьего] ока его. (166)
Тогда от гнева истекающего, что принял образ огня,
Узнав [силу] стрел Камы, наложенных на цветочный лук, (167)
Каму [попытался] защитить Творец,
А также побудил удалиться Васанту Прародитель, (168)
Собственной мощью от гнева Шамбху оберегая Манобхаву.
Боги, пребывающие на небе, увидев разгневанного Махешвару, [обратили к нему речь]: (169)
«Смилуйся, о Повелитель миров, и прекрати гневаться на Каму.
Как ты прежде в образе Шамбху ему, тобою созданному, какое дело (170)
Препоручил, то дело и исполняет Манобхава.
Поэтому ты, о Шамбху, огонь гнева на Мадану сокрой! (171)
Смилуйся, о Владыка всех существ, с преданностью мы склоняемся перед тобою.
И в то время как боги продолжали говорить так, пламя, (172)
Возникшее из ока на челе, обратил Манобхаву в пепел.
Сожгя Каму, пламя, блистающее гирляндой огней, (173)
Сдерживаемое Творцом, в Хару возвратиться не могло.
Махадева же, пепел от тела Манобхавы (174)
Собрав, все члены [своего] тела им умастил.
Зачем, взяв пепел, оставшийся от умащения, Хара (175)
Вместе с ганами исчез с согласия Творца, покинув Кали.
Брахма пламени гнева Шамбху, опаляющему всех богов, (176)
В их присутствии придал форму кобылы53.
Тогда боги, прекрасную, благую кобылу с огненной мордой (177)
Увидев, обрели спокойствие, прежде озадаченные.
Творец взял ту кобылу с огненной мордой (178)
И направился к океану ради блага мира, Повелитель миров.
Придя к океану, Брахма обратил к нему речь, почитаемый (179)
Им должным образом, о Индры среди жрецов54, и сообщил ему условия договора:
«Этот гнев Махеши, имеющий форму кобылы, тобою, (180)
С огненной мордой, пусть будет сохраняем, пока я не заберу его обратно.
Когда, к тебе явившись, я скажу, о Повелитель рек, (181)
Тогда тобою должен быть выпущен гнев этот с мордой кобылы,
А пока пищей его вода твоя будет. (182)
Усердно таким образом пусть будет сохраняем он, дабы не смог выйти наружу».
После этих слов Брахмы океан принял тогда гнев (183)
Шамбху, чтобы хранить его, хоть это и было невыносимо для него.
Тогда вошло в океан пламя [в образе кобыльей пасти], (184)
Блистающее гирляндой огней, опаляя воды его.
Когда [гнев] из ока Шамбху сжег Мадану, (185)
Тогда раздался очень громкий звук, которым было наполнено пространство между небом и землей.
Тем громким звуком в миг сожжения Камы (186)
Вместе с подругами была напугана Кали, исполнившаяся скорби.
Этим звуком встревоженный и удивленный Химаван (187)
Поспешил к дочери, ушедшей в обитель Хары.
Там свою благую дочь Кали, наполненную страхом и печалью,
Рыдающую в разлуке с Шамбху, нашел Повелитель гор. (188)
Отыскав её, рукою он отер ее слезы с глаз.
«Не бойся, о Кали, не плачь», - так молвив, прижал (189)
К груди дочерь свою Химаван, Повелитель гор.
Затем, отведя её назад в свои чертоги, он стал успокаивать ее, горестную. (190)
После того Хара исчез, Кали в разлуке с ним
Живущая в доме отца горевала, удрученная. (191)
Горный царь, а также Менака, Майнака и обе подруги
Ее утешали, несчастную, но Хару даже на миг не могла забыть Ума.
 
 
Так в Калика-пуране заканчивается сорок вторая глава, называющаяся «Махадева обращает Каму в пепел».
 
 

Примечания

30) 42.1 (а). Явился на место нисхождения Ганги (ga^NgAvatAram agamad) – см. примеч. к 41.42 (а).

31) 42.10 (б). Принял, (…) как прежде Гангу себе на голову (pratijagrAha
ga^NgAshIrShe yathA purA) - когда Ганга падала с неба, ее принял на свою
голову Шива, дабы она не разрушила своей тяжестью землю, и с его головы
она стекала вниз уже семью потоками (Матсья-пурана 121; Рамаяна I, 45 –
47) (Мифы народов мира, т. 1, с. 263).
 
32) 42.20 (б). по собственной воле странствующим в сопровождении ганов (sagaNena
… kAma-chArataH) – мудрец Нарада изображается в качестве вечного
странника, доносящего до людей вести от богов.
 
33) 42.29 (б). С шеей, подобной раковине (kambu-grIvAM) – т.е. с тремя
складками на шее (Махабхарата 1996, с.265).
 
34) 42.30 (б). упругие, полные и высокие перси (ghana-pInonnatA-stanau) –
пышный бюст, как и широкие бедра, считались у индийцев неотъемлемым
атрибутом женской красоты (Бэшем, с. 185).
 
35) 42.32 (б). С бедрами, напоминающими хобот слона (nAga-nAsoruM) — то
есть округлыми, точно хобот слона. Это весьма распространенное сравнение
в индийской поэтике.
 
36) 42.33 (а). С тремя глубокими и шестью выдающимися [достоинствами]
(tri-gambhIrAM ShaD-unnatAm) — к трем глубоким относятся пуп, голос и
ум, а к трем выдающимся — нос, глаза, зубы, лоб, голова и грудь (Калика-
пурана, с.552). Ср. аналогичное описание внешности Драупади в Мбх (IV,
8.9-14), где, согласно комментарию Нилакантхи, к «шести» выдающимся
достоинствам относятся нос, глаза, уши, ногти, грудь и шея (Махабхарата
1993, с.169). См. также КП 1.39(а).
 
37) 42.38-39. Великая стойкость явлена тогда, когда препятствие
препятствия не создает. / Достигнув состояния без препятствий,
подвижничеству предаются дваждырожденные. // Кто, сталкиваясь с
препятствием и причину препятствия одолев, пребывает, / В стойкости
того заключено величие подвижников (idam eva mahad-dhairyaM yad vighno
na hi vighnayet / nirvighanaM sthAnam AsAdya yat-tapaH kriyate dvijaiH //
savighno vighna-hetuM yaH paribhUya pravartate / tvan-mahattva cha tapasAM
dhIratA cha tapasvinAm) – смысл этих слов заключается в том, что Шива, хоть
и общаясь с Парвати («препятствием»), не испытывает к ней влечения, ибо
владеет своими чувствами.
 
38) 42.42 (б). Пела мелодичные песни пятым тоном (vitanvatI shubhaM gItaM
pa~nchama~n chAtanot tadA) - в индийской теории музыки пятый
музыкальный тон производится воздухом, исходящим из пяти частей тела.
Традиционно приписывается кукушке (Калика-пурана, с.554).
 
39) 42.43 (а). дрова (samid) — то есть дрова, используемые для обрядов
(Калика-пурана, с.554).
 
40) 42.48 (б). естественным путем появившуюся на свет - nisarga-paristhitAm.
4142.57(б). Подчинив своей власти три мира, он сам стал Индрой (vashIkR^
itya sa lokAMs trIn svayam indro babhUva ha) – «три мира» см. примеч. к
 
41) 31 (б). Индра в эпосе и пуранах изображался вполне «заменимым»
персонажем, см. примеч. к 42.180 (а). Он часто терпит поражение в войнах с
асурами и теряет царство, пока его не спасает вмешательство высших богов
или великих мудрецов (Индуизм, с. 201).
 
42) 42.69 (б). во всех сторонах света (sarva-kAShThAsu) – в индийских текстах
упоминается обычно десять сторон света: четыре главных (север, восток, юг,
запад), четыре промежуточных (юго-восток, северо-запад и т. д.), а также
зенит и надир (Махабхарата 1987, с. 630).
 
43) 42.83 – 84 (а). Ни я не могу лишить Тараку жизни, ни Ванамалин, / Ни Хара
и ни прочие боги или люди. // Такой дар был преподнесен ему, вершившему
подвижничество (na mayA tArako vadhyo na tathA vanamAlinA / na hareNa
tathA vadhyo nAnyair api surair naraiH // eSha eva varo datto mayA tasmai
tapasyate) – согласно версии Шива-пураны, Тараку мог умертвить лишь сын
Шивы, а согласно версии Матсья-пураны – лишь семидневный младенец
(Мифы народов мира, т.2, с.445; Темкин, Эрман, с.171).
 
44) 42.98 (б). Владыка всех миров исчез с того места (sarva-lokeshas
tatraivAntaradhIyata) – см. примеч. к 41.36 (а).
 
45) 42.112 (а). а Весна советник (vasantaH sachivo) – в санскрите весна
обозначается словами мужского рода (surabhi, vasanta), и олицетворяет ее
мужское божество.
 
46) 42.112 (б). Ветер, дующий с [гор] Малайя (malaya-jo vAyur) –
распространенный образ индийской поэтики: этот ветер насылает любовную
страсть. Малайя – горный хребет, часть Западных Гхатов к югу от реки
Кавери, включая Кардамоновы горы (Махабхарата 1987, с.729). Эти горы
поросли сандалом, и змеи, живущие среди корней сандаловых деревьев,
якобы жгут этот ветер своими укусами, и, чтобы унять жжение, он
устремляется на север, к гималайским снегам (Классическая поэзия, с. 821).
 
47) 42.113 (а). Раса любви (shR^i~NgAro) –– раса в санскритской поэтике это
определенная эмоция, вызываемая поэтическим текстом, всего различалось
от восьми до десяти рас: shR^i~NgAra – любовь, vIra – героизм, bIbhatsa –
отвращение, raudra – гнев, hAsya – радость, bhayAnaka – страх, karuNa –
жалость, adbhUta – удивление, shAnta – спокойствие и vAtsalya –
родительская любовь. Более подробно о расах см. Алиханова 1974, с. 34 –
36. В данном месте речь идет именно о расе любви.
 
48) 42.113 (а). кокетливые жесты и развлечения (hAvA bhAvAsh cha) –
термином hAvAH определяются десять видов кокетливых жестов, начиная с
lIlA (Калика-пурана, с.16).
 
49) 42.123-125 (а). Когда, испытывая свое оружие на Творце в отношении
Сандхьи, / Кама поразил его цветочными стрелами, тогда Творец проклял
его. // «Ты будешь сожжен пламенем из ока Шамбху, - [это предрек он], о
лучшие из дваждырожденных, а также,- / А когда Шамбху примет руку
Дочери гор, // Тогда ты вновь обретешь телесную целостность» (sandhyAM
pratividhAtAraM yadA shastraM parIkShitam / kAmo 'hanat puShpa-bANais tadA
tam ashapad vidhiH // shambhu-netrAgni-dagdhas tvaM bhaviShyasi dvijottamAH
/ yadA kuryAd giri-sutAM haraH pAni-gR^ihItikAm // tadA bhavAn
sharIreNAgamiShyati samagratAm) - едва появившись на свет, Кама поразил
Брахму своими стрелами, и тот возжелал свою дочь Сандхью, чем вызвал
насмешки Шивы. Однако Брахме удалось сохранить самообладание, и он
наложил на Каму суровое проклятие (КП 2-3; Шива-пурана II, 2.5 - 7).
 
50) 42.128 (б). саммохана (sammohanena) – всего у Камы пять стрел: drAvaNa
«обращающий в бегство», sHoShaNa «иссушающий», bandhana
«порабощающий», mohana или sammohanа «сбивающий с толку» и
AkarShaNa «привлекающий».
 
51) 42.129 (б). с Весной (surabhiNa) — см. примеч. к 42.112 (а).
 
52) 42.165 (б). отправлю я его в обитель Ямы (tan-nayAmi yama-kShayam) –
«отойти» или «отослать» в обитель Ямы это популярное эвфемистическое
обозначение смерти, убийства. Здесь Яма предстает в своей древнейшей
ипостаси – царя небес, «гостить» к которому отправляются земные цари
(Махабхарата 1987, с. 611; Махабхарата 1998, с.171).
 
53) 42.176 (б) — 177 (а). Брахма пламени гнева Шамбху, опаляющему всех
богов, / В их присутствии придал форму кобылы (brahmA krodhAnalaM
shambhor dahantaM sakalAn surAn / vaDavA-rUpiNaM chakre devAnAM puratas
tadA) - ср. аналогичный эпизод в мифе об Аурве, который выпустил огонь
своего гнева в океан, где тот обратился в огромную лошадиную голову
(vaDavA-mukha). Во время конца света этот огонь вырвется наружу и
уничтожит всю вселенную. Отсюда распространенное в индийской
космографии представление об огнедышащем входе в подземный мир на дне
океана, близ Южного полюса (Темкин, Эрман, с.100, 255). Этот огонь
выступает как проявление Шивы (Махабхарата 1998, с. 184).
 
54) 42.180 (а). Индры среди жрецов (viprendrAH) - «Индра» в пуранах и
Махабхарате не столько личное имя, сколько титул, обозначение статуса:
«царь, вождь». Индра, правящий богами в текущем мировом периоде, имеет
свои личные имена и специфические для него имена-эпитеты: Шакра,
Магхаван, Тысячеокий и др. Выражение «Индра среди царей» равносильно
выражению «царь царей», «первый среди царей», «Индра богов» – то же
самое, что и «царь богов», «Индра слонов» – «царь слонов» или «вожак
стада слонов» и т. д. (Махабхарата 1987, с. 609).
 
 
 
 
 
 
Глава сорок первая. Нарада приносит весть Глава сорок третья. Кали обретает Хару
Главная | О проекте | Видео | Студия танца и музыки «Куджана» | Авторское фото | Религия Философия Культура | Библиотека | Заметки Блоги Ссылки | Индийский блокнот | Контакты | Обновления | Поиск по сайту